«Жданов – нет, Мариуполь – да!»

Лишь на волне перестройки нашему городу вернули его историческое имя

13 сентября в 19:13

Спустя без малого тридцать лет сейчас уже никому в голову не придет ассоциировать название нашего любимого города с именем одиозного сталинца, причастного к массовым расстрелам и на корню душившего все живое, что прорастало через идеологически утрамбованный советский культурный грунт.

Когда правда сочится наружу

Между тем в 1987-89-е годы многие, кому довелось последовательно надевать октябрятские звездочки, пионерские галстуки, комсомольские значки и принадлежать с рождения к поколению ждановцев, забурлившую в городе общественную активность воспринимали с удивлением и настороженностью.

Неуклонно распространяясь по стране, перестроечный дух высвобождал из партийных и гэбэшных архивов информацию, которая сбивала с ног. Надежно, казалось бы, замурованная правда начала вдруг просачиваться с газетных страниц и телеэкранов. И мы вдруг узнали, кто такой Андрей Жданов, чье имя городу навязали в 1948 году. Первая разоблачительная публикация в середине восьмидесятых появилась в «Огоньке», а чуть позже и в других центральных журналах. В нашей же местной прессе материалы о том, что надобно вернуть городу одно из его исторических имен, стали появляться в 1987-м.

За и против

В это же время городские активисты, игнорируя возможные последствия (в те времена свобода только зарождалась), для сбора подписей за переименование создали движение «За Мариуполь!».

К лету 1988-го удалось собрать десятки тысяч подписей, которые затем были отправлены в Москву. Параллельно с этим проводились встречи и диспуты, где ожесточенно спорили сторонники и противники переименования. За – в основном высказывалась интеллигенция, в первых рядах которой были молодые художники, учителя, врачи, инженеры. Против – люди, всеми фибрами души и корнями вросшие в советскую систему.

Правда, партийцам в итоге пришлось проявить разумную гибкость, памятуя знаменитое: если бунт нельзя прекратить, то его нужно возглавить. И накануне исторического решения центральной власти в городе поздно вечером собрался исполком, который, по сути, поддержал народную инициативу.

А вскоре свершилось – Совмин СССР 13 января 1989 года принял Постановление «Об отмене правовых актов, связанных с увековечиванием памяти А.А. Жданова».

Под покровом ночи

В городе за одну ночь исчезли памятники почетному уроженцу. Фотохудожник Борис Дембицкий вспоминает: «В Театральном сквере и в Городском саду их быстро и слаженно убрали до наступления рассвета. А на площади Ленинского комсомола (ныне – площадь Воинов-освободителей), поскольку скульптура была огромной, ее сначала накрыли саваном, а через несколько дней демонтировали с помощью крана. В общем, устанавливали с помпой, открывали так же, а снимали тихо, под покровом ночи. Народ проснулся, а памятника Жданову уже нет!»

От Жданова в городе начали очищаться стремительно и тщательно. С дома-музея его имени (ул. Георгиевская, 55) сняли мемориальную доску, здание закрыли на ремонт, а открылось оно уже как Музей народного быта. «Ждановским» улицам в пригородных поселках срочно сменили названия. В общем, идола низвергли. Что с воодушевлением восприняла свободолюбивая общественность, а приверженцы КПСС «решение партии и правительства» приняли по привычке безропотно. Вернув себе былое имя, город словно помолодел. Во всяком случае, тогда, в 1989-м, он преодолел условный рубеж от, казалось бы, бессменной партократии к зарождающейся демократии.

Фото Бориса Дембицкого, текст Светланы Кузминской