Старая Швеция в степях Украины

31 июля 2008 в 00:00

Киев-Змиевка специально для «Ильичевца»

Село Старошведское не найти ни на каких картах, ибо уже полстолетия, как оно сменило свое имя на Змиевку, которое ничем не выделяет его из общего ряда не самых благополучных деревень, разместившихся вдоль крутых берегов Днепра на территории Херсонской области. И только приближающийся трехсотлетний юбилей Полтавской битвы и ожидаемый визит в Украину короля Швеции Карла XVI Густава заставили украинские средства массовой информации вспомнить о том, что есть в нашей стране уникальная, старая, насчитывающая уже 225 лет своего существования шведская колония, в которой побывал
и журналист "Ильичевца".

Трудная дорога к Приднепровской Швеции

Из райцентра Берислав до села Змиевка ведет самая отвратительная дорога, которую только можно себе представить. Маршрутный "ЛИАЗ", мечта любого музея архаичной автобусной техники, время от времени подскакивает с прытью, даже несколько неприличной как для такого автобуса-ветерана. На обочинах он то и дело дает крен, достаточный для того, чтобы запросто перевернуться, а в одном месте вообще едет по грунтовой дороге, проложенной посреди кукурузного поля. И все же те пятьдесят минут, когда мы едем в автобусе, от соседей, подскакивающих на сидениях в такт с нами, можно прослушать историю о том, как шведы появились на днепровских берегах. Благо, она передается из уст в уста из поколения в поколение среди жителей Змиевки. Корни этой истории уходят в глубокое средневековье XIII - XIV веков, когда на многочисленные острова Балтийского моря, теперь принадлежащие Эстонии, переселились шведы. Это были крестьяне и рыбаки, искавшие счастья на новых землях подальше от власти короля, чем-то это напоминало историю появления запорожских и донских казаков, не правда ли?

Впрочем, свободой потомки викингов смогли наслаждаться недолго, особенно те, кто переселился в XIV веке на остров Дaге (ныне эстонский остров Хийумаа). Одно из самых серьезных испытаний выпало на их долю в 1710 году, когда остров вместе со всеми его жителями перешел от разбитой шведской к победившей русской короне. Шведские дворяне из знаменитых родов Де ла Гардие и Стенбок, которым русские власти не только сохранили, но и расширили привилегии, продолжали править островом Даге (это, кстати, тоже чем-то напоминало Украину времен уничтожения Сечи, когда российские власти, расширив привилегии казацкой старшины, низвели рядовых казаков до уровня крепост­ных). Решив непомерными налогами и податями увеличить свои доходы, они до предела ограничили свободу шведских крестьян.

"Закручивание гаек" вызвало недовольство. Но в отличие от украинских крестьян шведы, не знавшие в своей истории крепостного права, редко доводили дело до кровавого бунта. Вот и тогда было решено не пускать "красного петуха" в дворянские усадьбы, а обратиться, как положено, с жалобой к новой государыне - россий­ской императрице Екатерине II. Государыня не стала отвергать просьбу своих верных подданных и разрешила им оставаться свободными. Но не на Даге, а на новых землях, отвоеванных недавно в тяжелой войне с Турцией. Каждой семье императрица гарантировала 60 десятин земли, а также многочисленные налоговые льготы.

В августе 1781 года в сопровождении полусотни донских казаков, которые должны были защищать пионеров от лихих людей, 1200 шведов с Даге отправились в путь. Дорога оказалась долгой и нелегкой. Голод и холод были их постоянными спутниками. Тяжелое путешествие завершили 1 мая 1782 года только 535 шведов. Оказалось, что на месте ни обещанных десятин, ни подъемных денег новых переселенцев не ждало. Поэтому в первые же месяцы, не выдержав жестокой зимы, умерло еще 385 колонистов. Те же, кто остался в живых, основали на пустынном берегу Днепра село Старошведское. По документам, первые переселенцы так и не смогли освоить земледелие, предпочтя заняться привычным им рыболовным промыслом.

После революции большинство жителей деревни решило вернуться на свою историческую родину, остальные несколько десятков основали колхоз и переименовали село в духе того времени - оно стало называться Шведкомпартией. В тридцатых годах почти каждый десятый швед был репрессирован за "национализм". Парадоксально, но в основном это были те уехавшие жители Старошведского, которых шведские коммунисты плюс экономический кризис в Шведском королевстве уговорили вернуться назад в конце двадцатых годов. А перед войной село под нынешним названием слилось с соседней деревней немецких колонистов Шлангендорф, что в переводе, кстати, и означает что-то вроде "змеиной деревни". Сейчас шведов в селе около двухсот человек, но язык знают, наверное, не больше двадцати.

Густав Густавсон и его односельчане

Змиевка представляет собою обычное южное село, беспорядочно раскинувшееся по днепровским кручам без какого-либо четко выраженного центра, если не считать таким конечную остановку автобуса и магазин с гордым именем "мини-маркет". Нет, это не Швеция. Вдоль улиц можно увидеть полуразрушенную аптеку, закрытое почтовое отделение и густые заросли дурмана, который некоторые местные жители используют в качестве декоративного растения. Вместо "Свенска Дагбладет" газетные киоски Бериславщины могут предложить разве что местный районный официоз под названием "Маяк". Поиски наших скандинавов (а их здесь, по подсчетам, около 200 человек), продолжались недолго. Войдя в один из аккуратных симпатичных двориков, расположенных рядом с церковью, услышала вместо "добрый день" или "здоровеньки булы" шведское "гуд даг". Этими словами приветствовали нас Анна Аннас, а также ее сосед Эмиль Норберг. Кстати, Аннас и Норберг - самые популярные фамилии среди аборигенов Старошведского.

Кстати, о фамилиях. Странные - с окончанием на "ас" - фамилии змиев­ских шведов объясняются приказом херсонского губернатора. В 1856 году шведам предложили сменить традиционные фамилии - а точнее отчества, оканчивающиеся на "сон", потому что у отцов и сыновей были разные фамилии, что создавало для властей трудности. Большинство согласилось. Шведские крестьяне построили свои новые фамилии на основе названий деревень острова Даге. Деревня Бускбю дала фамилию Бускас, Мальмбю - Мальмас и так далее. Правда, наш собеседник Густав Аннас при этом все равно просит называть себя не Густавом Густавичем, а Густавом Густавсоном.

- Вы ведь в курсе, что к нам скоро приедет сам шведский король? - сель­ский голова Старошвед­ского Александр Ермоленко явно доволен перспективами встречи с августейшей особой, - семь лет назад приезжала сюда его дочка, а теперь он приедет и сам. - Вы в курсе, что шведскому королю запрещено посещать одни и те же государства чаще, чем раз в десять лет? Откуда взялась эта традиция - я не знаю. Но подозреваю, что возникла она после Полтавской битвы. Кстати, наши шведы - самые уникальные среди всех шведов мира. Из-за своей оторванности от материнской Швеции они сохранили классический выговор образца восемнадцатого столетия, так что теперь в нашем селе скандинавские филологи, исследующие змиевский диалект, - частые гости.

Радость ожидания приезда Карла XVІ Густава в Змиевке в принципе понятна. Король, говорят, филантроп, а в Змиевке есть где развернуться даже довольно состоятельному филантропу: в крыше клуба дыра, аптека разваливается, какие-то нехорошие люди украли не только все железные детали с местного вечного огня, но даже и металлический бюстик Ленина с центральной улицы, да и к тому же содрали облицовку с пустующего монумента.

Картошка важнее Петра и Мазепы

- Вы к Мазепе как относитесь? - спрашиваю я у Анны Норберг, семидесятилетней старожилки села.

- Да мне-то все равно. Вряд ли в селе многие заметят даже годовщину Полтавской битвы. Многие немцы и шведы из Змиевки ездили на свою историческую родину, но в большинстве своем возвращались назад. Там не востребованы наши навыки, а тут мы все-таки чувствуем себя на своей земле. Хотя, говорят, если бы с тамошними зарплатами, да развернуться в Змиевке…

Моя собеседница одета по-простому, по-крестьянски, с большим платком на голове. Да и быт шведов ничем не отличается от украинского: такие же побеленные дома, украшенные эмблемами Олимпиады-80, такие же ковры с лебедями на стенах, виноград за окнами. Селяне Змиевки преимущественно заняты выращиванием одной и той же культуры - картошки, которую ездят продавать в Берислав, Херсон, а кто-то, говорят, даже добирается до самого Киева. На улицах нетрудно заметить многочисленные старые "Москвичи", салон которых сразу же за водительским креслом перегорожен досками, а заднее сидение полностью, под потолок, заполнено главным змиевским корнеплодом.

Выйдя на улицу, мы попали прямо в руки Виктора Норберга, который терпеливо ждал нас, чтобы пригласить в свой дом, хотя бы на пять минут. Не зря, видимо, сельский голова, расхваливая в интервью журналистам здешних шведов, говорил, что "приходя в шведский дом как будто попадаешь на международный фестиваль". Стол был заполнен многочисленными закусками, мясом, рыбой. Хозяев обижать нельзя. Снова зазвучали тосты. Снова ко мне подходил неугомонный паренек, голубоглазый темноволосый змиевский швед, лет двенадцати, рассказывая о том, что не так давно сестры Эмма Мальмас и Анна Утас вместе с Эмилем Норбергом принимали даже участие в фольклорном празднике в Одессе. Но от тех аплодисментов, которыми были вознаграждены на фестивале шведы из Змиевки, их житье-бытье не улучшилось.

Почетный консул из Новой Каховки

На высоком берегу стоит самое крупное строение Змиевки - новая кирха, восстановленная буквально из руин в конце восьмидесятых. К сожалению, встретиться со священником нам не удалось - пастор (кстати, родом из поволжских немцев, переселенных сталинским режимом в Казахстан) временно уехал в лютеранский приход, недавно открытый возле Геническа. Осталось только любоваться величественным видом на Днепр, который неповторимо широк и красив в своих низовьях. А где-то с другой стороны великой украинской реки находится самый успешный шведский инвестиционный проект - известная своими кетчупами и маринадами компания "Чумак", созданная усилиями шведских предпринимателей. Ее руководитель, а заодно и почетный консул Швеции в Новой Каховке Карл Стюрен, впрочем, уверяет, что идея вложить деньги в здешний недостроенный консервный завод у него и его компаньонов никак не была связана с селом Старошведским.

- Шведская колония в Змиевке была для меня настоящим открытием, - говорит господин Стюрен. - Сегодня наша компания старается помогать своим соотечественникам, в частности, отправила на учебу преподавателя шведского языка из здешней школы. Ну и, конечно, сверхзадача - построить нормальную дорогу до Змиевки, да еще и с таким расчетом, чтобы она напрямую связывала село с Херсоном, а не делала крюк через Берислав, как сегодня.

- А что для вас лично Полтавская битва? - интересуюсь у почетного консула на прощание.

- Видите ли, в Швеции не так много уделяют внимания этому сражению, как здесь. Триста лет назад наша страна воевала со всеми соседями - и с Россией, с Германией, с Норвегией. Были у нас, разумеется, и победы, и поражения. Полтавская битва - не самая важная в нашей истории, все-таки посмотрите хотя бы на карту, где Швеция и где Полтава. Но эта баталия стала переломным моментом в украино-русских отношениях, поэтому такая тщательная подготовка к этому юбилею в вашей стране мне в принципе понятна.